Искусство
19 июня в Центральном выставочном зале Ярославского отделения Союза художников России открылась выставка «Лёгкое дыхание любви». Пройдёт она до 5 июля. Эпиграфом к выставке стали слова апостола Иоанна Богослова: «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нём».
Корреспондентов «Яркуба» заинтересовало проявление любви в искусстве. Так, мы провели беседу с искусствоведом и куратором выставки Надеждой Воиновой.
Расположение картин неслучайно: иногда нужно посмотреть издали, а не подходить близко
Название — «Лёгкое дыхание любви» — выбрано неслучайно.
— Лёгкое всегда будет выше тяжёлого. Любовь всегда будет над ненавистью, добро над злом, — пояснила наша собеседница.
На выставке представлено около 170 произведений живописи, графики, скульптуры и декоративно-прикладного искусства. Они были собраны интуитивно, без жёсткого отбора, с ориентацией на внутренний отклик.
— Постепенно, знаете, всё и сложилось. Когда уже знаешь художников, понимаешь их работы, появляется желание собрать что-то цельное. У меня как раз так и выстроилось это намерение, — пояснила Надежда.
Проявили искренний интерес художники, охотно согласились участвовать коллекционеры Москвы, Ярославля и области. В их собраниях тема любви представлена не только творчеством ярославских авторов.
Яркие и сдержанные детали дополняют друг друга и создают атмосферу любви
Так, вместо литературщины с разборками, изменами или перепалками зритель увидит любовь мужчины и женщины, материнскую, семейную, бескорыстную дружбу, любовь к Богу и любовь человека и природы.
— Как говорил один из поэтов, то, что можно рассказать пейзажем, слов мы порой не найдём, — отметила куратор.
В глаза сразу бросилась картина Петра Крохоняткина «Бездомная» (1974), передающая сострадание к тем, кто остался без крова. Почти слившийся силуэт собаки со стенами жалобно смотрел своими глазками вдаль, что вызывало грусть, желание помочь. Эта работа — напоминание о том, что любовь бывает не только светлой и радостной, но и сострадательной, обращённой к тем, кто нуждается в помощи.
— Конечно, на выставке нашлось место и нашим «меньшим братьям» — куда же без них? У них, как и у людей, судьбы складываются по-разному, — рассказала нам Надежда.
А слева — картина Ариадны Соколовой.
— Это её первая собака, которую она привезла из Ленинграда, где училась. В 1951 году, после окончания учёбы, она либо купила щенка, либо кто-то подарил его. Собаку назвали Невой — в честь города и реки, — такую историю поведала наша собеседница.
Есть здесь и место ностальгии: картины, посвящённые детству, прошлому. Например, воздушная, почти невесомая, так и норовящая исчезнуть, как сон, картина Михаила Гурина «Золотые рыбки (мама)» (2019).
Смотря на картину «Синий вечер» (1972) Семёна Горячёва, появляется ощущение внутреннего спокойствия, гармонии.
Особого внимания заслуживает масштабное полотно Александра Шилова «Иоанн» (2025). Художник максимально приблизил к зрителю образы Иоанна Предтечи и Агнца Божия — символа Иисуса Христа. Они словно оживают на холсте, наполняя выставочное пространство животворящей силой христианского чувства, где переплетаются сострадание, милосердие и готовность к самопожертвованию.
Любовь бывает разной — светлой и радостной, грустной и ностальгической, быстротечной.
Также можно увидеть и работы с лёгкой иронией — целый «овощной ряд», автором которых является научный сотрудник ярославского художественного музея Ольга Волкова. Замужние и незамужние девушки символически изображаются через редиску с заплетённой и распущенной ботвой.
Или забавная сценка, где маленькая горошинка приструнила репку.
Другая картина — «Недочитанная книга» (2025) — написана Натальей Болотцевой. Синеватые, почти металлические оттенки как будто становятся отголосками прошлого. Так, смотря на это произведение, наша корреспондент призналась, что у неё до сих пор лежит не дочитанная книга на полочке.
— То, что ищешь, либо уже найдено в других источниках, либо ответ был известен с самого начала, — подчеркнула куратор выставки.
В другом зале ярким пятном бросилась в глаза картина Аллы Хвастуновой «Ольга и Ленский. Весна (из цикла „Евгений Онегин. XXI-й век“)» (2023). И действительно, светлое и приятное чувство приходят ярко, наполнена красками, ощущением, что в мире больше ничего и нет, кроме любви...
Картина «Мы все вместе» (1973) Наркиса Флоринского трогает за душу. Это автопортрет художника с женой и дочуркой. Семейное счастье, где даже в тишине чувствуется любовь.
Есть и полуабстрактные картины.
Фото: Инна Антонова «Монастырская трапеза» (2014)
Фото: Владислав Афанасьев «Лунная ночь» (1999)
Каждый зритель может найти здесь что-то своё. Куратор признаётся: зритель устроен иначе, чем организатор. У него другая задача — выхватить то, что отзывается лично ему.
— Кому что нравится — найти можно, — говорит куратор. — Для себя приятно. Выбор есть. — говорит наша собеседница.
Выставка «Лёгкое дыхание любви» — это не просто собрание картин, а пространство для размышлений о самом важном человеческом чувстве. Здесь каждый найдёт что-то своё: кто-то — умиротворение в пейзажах, кто-то — ностальгию по детству, а кто-то — глубокий духовный смысл. Главное в этом проекте — искренность и способность искусства тронуть душу.
16+
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» в MAX, «Дзене», «ВКонтакте» и «Телеграме».
В Ярославском музее-заповеднике завершился масштабный мультимедийный проект «Полная публикация монументальной живописи Спасо-Преображенского собора в Ярославле. 1563–1564 годы». Финальным аккордом стала установка колористической копии-реконструкции фрески XVI века, позволяющей увидеть, какими были росписи собора во времена царя Ивана IV.
Реплика воспроизводит сюжет «Шествие праведников в рай» из композиции «Страшный суд» и размещена рядом с оригинальной фреской на западной стене собора. По словам специалистов, подобная колористическая реконструкция сегодня, вероятно, является единственной в России.
Проект стал возможен благодаря гранту Президента России для поддержки творческих проектов общенационального значения в области культуры и искусства. В 2025 году на реализацию проекта был выделен миллион рублей из средств президентского фонда, ещё 300 тысяч направил сам музей.
За время работы сотрудники музея и их партнёры провели полную фотофиксацию и оцифровку уникальных росписей Спасо-Преображенского собора — единственного в России памятника монументальной живописи эпохи Ивана Грозного. В храме также появилась электронная информационная панель, позволяющая посетителям рассматривать фрески с высоким увеличением и знакомиться с их сюжетами.
Как рассказала директор музея-заповедника Светлана Блажевская, первоначальная цветовая гамма росписей была во многом утрачена за пять столетий существования собора. Особенно серьёзный ущерб фрескам нанесла промывка стен раствором каустической соды в XIX веке, когда вместе с копотью и загрязнениями были частично вымыты цветовые пигменты.
«При реставрации собора в XX веке были максимально раскрыты фрески эпохи Ивана Грозного, но восстанавливать цвета не стали. Поэтому сегодня посетители видят стенопись в голубовато-пепельной дымке», — пояснила Светлана Блажевская.
При создании копии реставраторы Алексей Грешило, Сергей Крылов и Владимир Сорокин из Ярославского центра содействия научной реставрации имени З. В. Полещук восстановили первоначальные цвета по сохранившимся частицам древних пигментов. Для работы использовались традиционные технологии XVI века: краски готовили на основе природных минералов и темперной эмульсии из яичного желтка, а рисунок наносили по технологии al secco — по сухой штукатурке. Современные материалы применили лишь при изготовлении облегчённого основания, которое заменило тяжёлую историческую штукатурку.
По словам реставраторов, реконструкция позволила вернуть яркость красок, увидеть богатство одежд библейских персонажей, выразительность образов и декоративное оформление, практически утраченное на оригинальной стенописи.
Спасо-Преображенский собор остаётся уникальным памятником отечественной культуры. Это древнейшее сохранившееся здание Ярославля, единственный в России памятник монументальной живописи времён Ивана Грозного, а также единственный известный ансамбль XVI века, где до наших дней дошли имена авторов росписей — московских и ярославских мастеров, работавших над оформлением собора в 1563–1564 годах.
Фото: Ярославский музей-заповедник
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» в MAX, «Дзене», «ВКонтакте» и «Телеграме».
Ярославский художник-каллиграф Александр Абросимов создал арт-объект «Соловки — из бесконечности в вечность» в рамках культурно-просветительского проекта «Дни Соловков». Расписанный каллиграфией куб появился 28 мая перед зданием Ярославского отделения Союза художников России — там же проходит центральная выставка проекта «Соловки: Голгофа и Воскресение».
Абросимов работает на стыке исторической письменности и современного стрит-арта. Его каллиграфические работы уже украшают более двадцати городских и коммерческих поверхностей в разных районах Ярославля. Для проекта «Дни Соловков» художник выбрал форму куба: каждая грань раскрывает отдельный символический образ.
— Первая композиция круговая с надписью «Соловки — из бесконечности в вечность» — слоган фильма Сергея Дебижева «Святой архипелаг», — рассказывает автор. — На одной из граней изображён соловецкий скит, созданный по мотивам фотографии Михаила Скрипкина. На другой стороне цифра 600 — в её силуэт вписана глава первая из Бытия. Ещё одна грань дополнена переработанным логотипом проекта и надписью «Соловки в Ярославле» с силуэтом архипелага на закате.
Александр Абросимов отметил, что арт-объект посвящён 600-летию основания первого монашеского поселения на Соловецком архипелаге, которое будет отмечаться в следующем году. Цель проекта — через современный визуальный язык раскрыть тему культурного и духовного наследия Соловков, сделав её более доступной для молодёжи.
Отметим, проект «Дни Соловков» реализуется благотворительным фондом «Подари Себе Будущее» при поддержке банка ПСБ и Правительства Ярославской области.
Фото: Яркуб
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» в MAX, «Дзене», «ВКонтакте» и «Телеграме».
20 апреля на 88-м году ушёл из жизни ярославский художник Олег Павлович Отрошко. Об этом сообщили в Ярославском отделении «Союза художников России».
Олег Павлович Отрошко — выдающийся график, живописец, художник-анималист, иллюстратор книг. Родившись на Кубани, в Ярославль переехал в конце 1960-х, где затем трудился в бюро эстетики Завода дизельной аппаратуры. С 1977 года — член «Союза художников России». Известен по созданию иллюстраций к книгам Виталия Бианки «Лесные домишки», регулярно публиковался в журнале «Юный натуралист». Его работы широко известны в России и за рубежом. За долгие годы творчества Олег Отрошко поработал в разных техниках: офорт, литография, монотипия, ксилография, линогравюра, масляная живопись.
«Художник-анималист, который всегда жил в раю, и этот рай был прост — пространство леса, реки и лугов. Работая в разных жанрах, Олег Отрошко выбрал для себя самым знаковым анималистический жанр, мастерски передавая характер птиц и зверей на поверхности холста», — говорится в сообщении коллектива Даниловской художественной галереи.
В Ярославском отделении «Союза художников России» вспоминают, что Олег Павлович умел видеть и передавать чувство природы как родного дома и постоянно повторял: «Не растите дерево печали, растите дерево любви»...
С Олегом Павловичем простятся 23 апреля. Отпевание состоится в 14:45 в Яковлевско-Благовещенском храме.
Фото: Ярославское отделение «Союза художников России»
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» в MAX, «Дзене», «ВКонтакте» и «Телеграме».
В Ярославле продолжается реставрация храма «с купюры» — Иоанна Предтечи в Толчкове. «Единой службой заказчика» объявлен поиск подрядчика, который выполнит необходимые работы с монументальной живописью.
Данный вид работ оценивается более чем в 731 миллион рублей. Определить подрядчика должны уже 10 апреля, а выполнить работы он должен до лета 2028 года.
Напомним, это уже второй контракт на реставрацию храма Иоанна Предтечи — первый был подписан ещё в прошлом году.
Фото: пресс-служба правительства Ярославской области
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» в MAX, «Дзене», «ВКонтакте» и «Телеграме».
- Суара Шакле: курдский народ и Россию объединяет общая история борьбы
- Андрей Алфёров: «Наука, культура и образование становятся скрепами, которые помогают укреплять отношения»
- На двух фронтах: эксперт по Ближнему Востоку Мирзад Хаджим — о России, своём народе и цене правды
- Писатель и время: о чём говорит современная русская литература
- Переводчик Джаухар Махмуд Дарага: «Русская литература глубоко проникла в сознание и мышление курдского народа»
- «Мне не нужно играть. Мои стихи — невыдуманные»: ярославский поэт о честности на сцене и в жизни
- «Мы создаём то, чего там нет, из того, что там есть». Большой разговор о ленд-арте с сотрудницей ЯХМ
Возможность перенестись сквозь века кажется фантастической. Но есть место, которое откроет этот портал. В Музее зарубежного искусства, в тишине зала, где развернулась выставка «Итальянское искусство XVII-XIX веков», время действительно останавливается. Здесь особая тишина — обволакивающая, приглушающая шаги, настраивающая на разговор не просто с искусством, а с самой вечностью.
Корреспонденты «Яркуба» захотели посетить выставку и поделиться с вами сюжетами потрясающих картин.
Мариано Росси. Вдохновение поэта (Овидий)
В Музей зарубежного искусства, в это временное пристанище, из музея-заповедника «Архангельское» привезли девятнадцать полотен. Когда-то они составляли единое целое — знаменитое собрание князей Юсуповых. Потом история распорядилась иначе: коллекция разошлась по миру. Что-то осело в Эрмитаже, что-то — в Русском музее. Но эти девятнадцать картин, словно вспомнив о кровном родстве, собрались вместе перед тем, как навсегда вернутся в отреставрированные залы Юсуповского дворца. Зритель становится свидетелем этого прощального объятия, и от этого осознания тишина становится ещё более пронзительной.
Путешествие начинается.
И первый шаг ведёт в Петербург. Но не в тот шумный и знакомый, каким мы знаем его сегодня, а в Петербург призрачный, почти забытый — таким, каким он был в XVIII веке. Вид этот написал Джузеппе Валериани, итальянец, которого по праву можно назвать первым сценографом, или театральным маляром, петербургских театров. В это же время в Петербург приезжает Фёдор Волков. Вполне вероятно, что два деятеля искусств были знакомы.
И вот он, этот вид. Нева всё так же несёт свои воды, Летний сад стоит на своём месте, но знакомого павильона ещё нет — он появится позже. А под мостом-акведук переливается вода, питающая фонтаны. Сегодня этот мост называется Пантелеймоновским, и мало кто помнит, что когда-то по нему подавали воду. Но на картине Валериани память сохранилась. Этот вид — словно мост не только через реку, но и через столетия.
Джузеппе Валериани. Проспект по реке Фонтанке от Грота и Запасного дворца
После Петербурга мы переносимся в пустынное место, где первое, что замечаем, это волосы. Золотая парча, тончайшая паутина прикрывают наготу истлевшей одежды. Это картина «Кающаяся Мария Магдалина» Гаэтано Гандольфи. Руки женщины сложены в жесте, который не требует слов: пальцы нежно сжимают друг друга, словно ища опору только в себе. Это покаяние без надрыва, тихая печаль о прошлом, которая очищает, а не карает. Глаза Магдалины смотрят мимо зрителя, в свою собственную вечность, оставляя нас лишь свидетелями её молчаливого диалога.
Гаэтано Гандольфи. Кающаяся Мария Магдалина
От светлой тишины Магдалины нас уводит совсем иная история. Два полотна Паоло Пагани, две главы одной трагедии, от которых перехватывает дыхание. Вот первое — «Пленение Софонисбы». Жёсткие, грубые руки воинов впиваются в нежное тело, и от этого контраста силы и беспомощности становится физически больно. По бокам застыли две женщины: старуха справа и молодая слева — словно сама смерть и сама жизнь уже встали по сторонам, ожидая, кого она выберет. А Софонисба не выбирает. Она просто смотрит куда-то вдаль, туда, где осталась свобода.
Паоло Пагани. Пленение Софонисбы
А рядом — финал. «Смерть Софонисбы». Женское тело уже обмякло, потеряло форму, и воины держат его, но в этом жесте нет больше насилия — только растерянность: они опоздали. Софонисба осушила кубок с ядом, который прислал ей бывший жених как единственно возможный свадебный дар. Она выбрала умереть свободной, но не жить в клетке. И когда осознаёшь это до конца, подступают слёзы.
Паоло Пагани. Смерть Софонисбы
После трагичного сюжета о выборе между свободой и несвободой нас встречает сюжет Якопо Амигони «Зефир и Флора». Здесь всё дышит любовью: западный ветер нежно касается руки богини, пока она надевает венок, а в небе, словно живые облака, парят амуры. Этот союз — про нежность, про то мгновение, когда мир замирает и ничего, кроме них двоих, не существует.
Якопо Амигони. Зефир и Флора
Затем — тишина иного рода. «Пейзаж с руинами» Франческо Казановы зовёт вглядеться в древние руины. Пастухи гонят стадо мимо развалин, и в них — прошлое, которое манит, как и всё неразгаданное. Хочется приблизиться, коснуться рукой камня, услышать его историю.
Франческо Казанова. Пейзаж с руинами
Но покой обманчив. Джироламо Брузаферро напоминает об этом сюжетом об «Иосифе и жене Пентефрия». В глазах женщины — отчаяние и страсть, она вцепилась в одежду ускользающего юноши. В его взгляде — испуг и решимость бежать, даже в темницу, даже к гибели, но сохранить чистоту. Этот библейский сюжет — вечная история о том, как вожделение сталкивается с добродетелью и как часто добродетель оказывается в оковах.
Джироламо Брузаферро. Иосиф и жена Пентефрия
Выходя из зала, ловишь себя на мысли, что всё это время не просто смотрел на картины. Ты дышал с ними одним воздухом, переживал чужие страсти как свои, проходил сквозь покаяние, игру, трагедию и нежность.
В этом зале время остановилось, чтобы вместить в себя девятнадцать вечностей. И теперь они останутся с тобой.
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» в MAX, «Дзене», «ВКонтакте» и «Телеграме».
Что вы почувствуете, если реальность вдруг перестанет быть надёжной опорой и превратится в мираж? А как вы относитесь к насекомым? Противны они или привлекают взор своим милым видом? Именно такой эксперимент предлагает зрителю Василий Руга на своей экспозиции «Иллюзия/реальность» в Музее зарубежного искусства.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
Корреспонденты «Яркуба» решили посетить экспозицию, которая будто переносит в другое пространство.
Свет в зале ударяет так резко, что на мгновение приходится прикрыть глаза рукой — сквозь веки пробивается тёплое золотистое сияние, словно стоишь лицом к солнцу. А когда открываешь глаза — ноги словно прирастают к полу. Вокруг — живые растения.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
Кажется, будто стены музея растворились, впустив внутрь целый сад — влажный, зелёный, дышащий. Наполняют этот зал разнообразные насекомые, которые так пугали в детстве, казались неприятными, даже противными. Но тут было совершенно нестрашно, хотя пауки всегда вызывали дрожь, а майский жук, нечаянно упавший на руку в детстве, снился в кошмарах.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
Картины Василия Руги — это не просто живопись, а магия обмана зрения, тромплей. Если древние художники обманывали глаз, заставляя птиц клевать нарисованный виноград, то Руга идёт дальше. Он обманывает не только зрение, но и память, осязание и само время.
Это не зал, а застывшее мгновение, в которое каждому позволено войти.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
На одной из картин замерла бабочка. Совсем обычная — если забыть, что обычного в этом зале ничего нет. Бабочка в разное время символизировала и душу, и воскресение, а современность придала другие значения — хрупкость, трансформацию. Листья и стебли растений — первое, что привлекает взгляд. Они выглядят как тени. А капли воды, похожие на хрустальные бусы, создают ощущение смешения пространств. Когда взгляд посмотрел на общую картину, то хочется изучать её детальнее. Там и находишь бабочку, которая, по всей видимости, только-только прилетела. Это ли не чудо?
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
На соседнем полотне царит иная гармония — игра света и тени. Взгляд сначала тонет в этой глубокой черноте графичных теней листьев и тонких стебельков, а потом начинает путешествие: скользит вправо, задерживается влево... И тут — словно озарение! Видишь мотылька. Тень делает его таким плотным, почти скульптурным, что кажется: он сейчас сорвётся с места и полетит прямо на свет, сжигая свои крылья.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
Но не думайте, что на этом сюрпризы заканчиваются. Это лишь вершина. За ней скрывается целый мир, полный секретов. Всмотритесь в капельки воды — они уже не просто вода, а хрустальные бусины. Они сияют под лампой так реально, что хочется проверить пальцами, не лежат ли они поверх стекла, не рассыпал ли их кто по ошибке.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
А среди этих хрустальных россыпей ползёт жук. И он совсем не кажется противным, потому что является частью прекрасного.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
Переходишь к другой работе. Сначала видишь только листья. Опускаешь взгляд ниже, приглядываешься — и вдруг замечаешь серёжки. Поворачиваешь голову правее, кажется, что паук сидит на цветочке — а там брошь. Маленькие драгоценности, спрятанные в растениях.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
Есть здесь одна картина, моя любимая. Среди переплетения листвы проступает... Глаз. И ловишь себя на мысли: зритель здесь не я. Это за мной кто-то наблюдает. Может быть, сама природа смотрит на нас сквозь листву?
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
А вот ромашки. У них сердцевинки словно выточены из горного хрусталя. Обводишь взглядом весь букет, наслаждаясь цельным образом, и только потом замечаешь: слева, по стеблю, неспешно ползёт зеленый жук. Удивительно, как легко художник обманывает наше зрение, заставляя сначала видеть одно, а потом открывать для себя другое.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
Ещё одна композиция — игра в сыщиков. Листья. Поднимаешь взгляд вверх, а там силуэт здания. Жучок ползёт рядом. А слева... висит цепочка! Кажется, что мы не в галерее, а в лавке древностей, где можно искать сокровища бесконечно.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
Кстати, о драгоценностях! На многих полотнах жучки превращаются в изящные серьги. И здесь невозможно не вспомнить, что музой Василия является его жена Софья, которая работает искусствоведом. Каково же было моё изумление, когда на кофте самой Софьи я увидела ту самую брошь, которую только что разглядывала на картине! Жизнь и искусство переплелись так же тесно, как листья на этих полотнах.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
Вот работа, выполненная совсем иначе — почти по-домашнему. Фон составлен из досок разных пород дерева. К одной из них красной ленточкой привязана птица. Она яркая, бросается в глаза первой. И только потом, успокоив взгляд, замечаешь надпись: «Старые годы». Хочется прикоснуться к этому прошлому, всмотреться в него, разобрать буквы. А за птицей, на втором плане, снова спрятался.... Жук. Он вписан так органично, что понимаешь: иначе и быть не могло. Здесь всё дышит одной жизнью, старой и вечно новой.
Оранжерея иллюзий: в Ярославле проходит выставка «Иллюзия/реальность»
А потом ты выходишь. Наружу, в обычный город, под обычное небо. Идёшь по улице и ловишь себя на странном: ты ищешь глазами капли на листьях, приглядываешься к теням. Потому что этот сад теперь внутри. Он пророс в тебе тонкими корнями — тихо, незаметно, навсегда.
Искусство тромплея обманывает глаз, но настоящее чудо случается, когда обманутым оказывается сердце. Ты уносишь с собой не просто воспоминание о красивых картинах. Ты уносишь ощущение, что мир — живой. Что за каждым листом кто-то наблюдает. Что драгоценности растут на стеблях, а время можно остановить, если очень сильно всмотреться в «Старые годы».
Мы приходим в музеи смотреть на искусство. А уходим — увидевшими себя.
Фото: ЯХМ, «Яркуб»
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» в MAX, «Дзене», «ВКонтакте» и «Телеграме».
О ленд-арте многие ярославцы узнали из соцсетей — интересные сюжеты, созданные из снега и листьев, действительно покорили и удивили жителей города. Были, например, снеговики, катающиеся на пончике, акула в бассейне или листья, которые не разносит ветер...
Моё знакомство с ленд-артом началось с обмана зрения — идеальная снежинка на снимке из Ярославского художественного музея казалась вечным узором, вмороженным в ткань зимы. Эта красота оказалась не монументом, а шёпотом, мимолётным вздохом, запечатлённым не в камне, а в самом эфемерном материале — снеге.
Хрупкость времени стала откровением: в ней — вся суть искусства, которое говорит о миге. Ленд-арт — это и есть попытка ухватить ускользающую нить настоящего, зафиксировать текучесть бытия.
Чтобы узнать больше об этом направлении, корреспонденты «Яркуба» встретились с научным сотрудником Ярославского художественного музея Ольгой Волковой.
В разговоре открылась главная тайна: снег — это соавтор, уникальная субстанция, меняющая форму на глазах, как вода или туман. Нечто сказочное и глубокое, вызывающее даже странную нежность. «Его иногда жалко», — говорит Ольга. Сотрудники музея выкладывали снег по обручу, просто чтобы создать последнюю картину, пока остатки этого прекрасного материала ещё есть.
Бережность к ускользающему — и есть сердцевина их искусства.
О появлении идеи, о трудных моментах работы, о «расписании» снега и о многом другом — в нашем большом разговоре ниже.
— Начнём с самого начала. Как и когда появилась идея создавать ленд-арт в Ярославле?
— Всё началось в 2006 году. Была очень суровая зима, очень холодно. И нам захотелось как-то ответить этой зиме, добавить цвета. Мы решили разукрасить Губернаторский сад около музея. Также была Лаборатория Перфоманса, руководила ей Ольга Швачко. И все трое мы делали эти цветы. Так и пошло.
— А что стало первой работой?
— Мы создали цветы из любимого и яркого ситца. Разложили их на снегу, составили узор и залили водой, чтобы не унёс ветер и птицы не растащили. Это был наш первый опыт — создать что-то красивое из того, что буквально под рукой.
— Получается, в феврале будет 20 лет с начала этой истории. Как изменилась ваша деятельность за это время?
— О, да, скоро юбилей! Из разовой акции это выросло в целое направление. Появились идеи, связанные с выставками в музее, с актуальными событиями. И, что важно, появился отклик в социальных сетях, который нас очень вдохновляет.
— Вы много работаете со снегом. Расскажите про одну из известных снежных работ — про шарики на теплотрассе. Как она родилась?
— Это была интересная история! Я долго смотрела на эту теплотрассу, а тогда как раз стали очень популярны снегоболы — такие формочки для идеальных снежков. И мы подумали: а почему бы не «налепить» их художественно? Мы сделали очень много этих снежков и аккуратно выложили их вдоль.
— Но ведь на теплотрассе они должны таять моментально?
— Абсолютно верно! Они тают очень быстро. Мы их и делаем в основном для фотосессии. Потом их либо солнце растапливает, либо дворники убирают. Это часть концепции — быстротечность.
— Вам важно, чтобы всё было идеально ровно. Почему?
— В ленд-арте самое важное, чтобы всё было просчитано-рассчитано. Работаешь на фоне природы, где есть линия горизонта, естественные формы. Любая кривизна, любой «косяк» сразу бросаются в глаза и выглядят как халтура. Нужно, чтобы было видно: человек старался, это сделано с уважением к месту и к зрителю. Мы вымеряли линии рулеткой, использовали картонку как шаблон. А зимой мы бережём снег, как бы странно это ни звучало. Создание ленд-арта — это ювелирная работа.
— Вы упомянули про отклик в соцсетях. Он действительно так важен?
— Один из ключевых моментов! Помню, когда одна из наших работ собрала в «ВКонтакте» целую тысячу лайков — для нас это был шок и огромная мотивация. Мы тогда подумали: «Нас поддерживают, значит, надо продолжать». Если бы не эта обратная связь, возможно, мы бы и не развивали это так активно.
— А бывает негативная реакция? Критика?
— Конечно, бывает. Пишут и «лучше бы чистить дворы шли, чем шарики лепить», и что «детям бы эти снежки отдать». Но это нормально. Мы делаем не только для развлечения, но и как современное искусство, как часть музейной работы — показать, что искусство не заканчивается на картинах в рамах.
— Расскажите про работу со временем и материалом. У снега, например, есть «расписание»?
— Ещё какое! Снег для лепки должен быть липким. Часто это только утром, до 11 часов, пока не пришёл морозец и не сделал его рыхлым. Мы подстраиваемся под материал. Не мы его используем, а он нам диктует, что можно сделать.
— Осенью вы создали ленд-арт, который по-настоящему покорил сердца людей. Как вы работаете с листьями?
— Осенью главным материалом для нас становятся листья, особенно кленовые — их уникальная форма гармонична в любой обработке. Например, мы вырезали из них квадраты и выкладывали дорожки, а также создали «Зелёную полосу», тщательно сортируя листья по цвету. Чтобы защитить работы от ветра, мы поливали их водой — так листья примерзали или прилипали.
— А откуда берутся сюжеты? Вот, например, жук или стрела Купидона?
— По-разному. Жука мы сделали по трафарету, когда снега стало мало, и нужна была плоская форма. А «Стрела Купидона» — это работа с тенью. Мы увидели, как падает тень от дерева, и просто добавили наконечник, превратив её в летящую стрелу. Получилось, что Купидон бросает огромные стрелы прямо в парк, в людей. Это про любовь.
— Работа с тенями — это же особенно скоротечно?
— Да, это высший пилотаж работы со временем! Пока мы фотографировали, тень уже сдвинулась. Лэнд-арт — это постоянное напоминание, как всё быстро меняется.
— Какая работа была самой сложной технически?
— Наверное, те же снежные шарики или фигуры вроде белых ворон. Лепить из снега сложно. Он то липкий, то рассыпается. Для ворон мы искали подходящие веточки-лапки, долго выверяли форму, чтобы они не падали. Это всегда труд, холод, замерзающие руки. Но азарт — «пока материал позволяет» — это захватывает.
— А были в вашей практике случаи, когда ленд-арт создавали не вы, а кто-то другой, и вы это заметили и оценили?
— Да, был забавный случай с бегемотом. У нас в парке есть скульптура бегемота. Зимой её обычно убирают. И вот дворникам сказали её убрать. Один из них, видимо, подошёл к бегемоту, посмотрел на него... и просто развернул его в другую сторону, будто тот гуляет. Это было не придумано, нарочно так не сделаешь! Мы это, конечно, выставили в соцсетях.
— Вы часто делаете отсылки к искусству, например, к Шишкину. Это осознанная стратегия?
— Да, это способ связать наше уличное искусство с тем, что происходит в музее. Была выставка Шишкина — мы подумали, а какой снеговик был бы у него? Он же любил лес, берёзы. Сделали снеговика в такой форме. Была выставка Айвазовского — сделали волну на ступеньках. Это привлекает внимание людей к музею через необычный формат.
— Бывают ли неудачи? Работы, которые не получились?
— Конечно! Были провальные работы, которые мы даже не выставляли. Например, пытались покрасить снежные шарики в разные цвета, хотели сделать яркий «бассейн с шариками». Но крашеный снег выглядит неестественно, теряет форму, и мы сами все перемазались. Не получилось. Или вот осенью много гортензии, такая красивая, а придумать для неё достойную форму у нас ума не хватило. Чувствуешь жадность — материал-то хороший! — но не знаешь, что с ним сделать.
— Вы работаете одна или в команде?
— Да, но помогает коллега Лиза Мусаутова. Мы вместе придумываем и делаем. А ещё с нами музейный фотограф Михаил Волгусов, который помогает запечатлеть работу, и специалист по соцсетям, главный научный сотрудник ЯХМ Екатерина Болотова, которая всё выкладывает. Это общее дело.
— Если подвести итог, в чём для вас главный смысл всего, что вы делаете?
— В напоминании. Напоминании о красоте, которая уже есть вокруг. О том, что можно творить, не нарушая, а подчёркивая эту красоту. О быстротечности времени. И в простой человеческой радости — увидеть что-то неожиданное и прекрасное по дороге на работу или в обеденный перерыв. Переключиться, улыбнуться. Наш ленд-арт — это такой мостик между вечным искусством в музее и сиюминутной жизнью за его окнами.
После разговора, чтобы всё прочувствовать на себе, мы захотели создать свой ленд-арт под руководством Ольги. Это стало путешествием в иное физическое состояние. Чтобы лёд заблестел, его нужно полить водой.
В варежках это не сделать. Холодная вода лилась на голые руки, и из-за мороза возникло полное ощущение, что я сама превращаюсь в лёд — будто меня положили в морозилку, чтобы сделать следующим объектом ленд-арта.
Для меня стало открытием, что нельзя создавать «визуальный шум» и без цели трогать чистый, идеальный снег. Он — не просто материал, а фон, холст, который нужно беречь.
А ещё — лейка! Мы привыкли, что она символ лета, роста, жизни: поливаешь огурцы, цветы... А здесь ты льёшь воду на что-то мертвенно-холодное и статичное, чтобы оно... стало ещё статичнее, но при этом засияло. Это приятным образом сломало мне мозг.
Фото:« Яркуб», из архива ЯХМ
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».
Учемский музей, известный как Музей судьбы русской деревни, принял участие в самом крупном за Уралом фестивале современного искусства — Красноярской музейной биеннале. Об этом с «Яркубом» поделились организаторы выставки.
Опираясь на отрезок жизни Кассиана Грека от падения Константинополя до возведения монастыря на реке Учма, авторы инсталляции «Странствующий по свету» предложили зрителю пройти дорогой странника, пришедшего к свету.
«Путь героя (урождённого князя Константина) лежит через утрату святого города, родины, близких людей к поиску смыслов. Траектория Кассиана — это повторяющееся движение от покидания дома к попытке построить новый», — говорится в описании.
Для создания инсталляции использовались подлинные артефакты времён Кассиана второй половины XV века, найденные в местах основанного им монастыря на ярославской земле. Артефакты авторы искусно вмонтировали в специальные ниши, похожие на окна. Можно увидеть и фотографии жителей Учмы, вовлечённых в историю хранения и повествования сказания о Кассиане.
XVI Красноярская музейная биеннале «Принцип надежды» организована Музейным центром «Площадь Мира» в Красноярске и будет работать до 15 февраля 2026 года.
Справка
Музей судьбы русской деревни находится в селе Учма Мышкинского округа Ярославской области. Создан местным жителем Василием Смирновым и его женой Еленой Наумовой. В 2021 году музей получил специальную отметку жюри конкурса «Европейский музей года — 2020». Музей открыт с мая по сентябрь ежедневно. Проводятся экскурсии.
Фото предоставлены организаторами
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».
В Ярославской области принято решение сохранить детские школы искусств в их нынешнем формате и не объединять их с домами культуры. Об этом сообщил губернатор Михаил Евраев по итогам серии встреч с родителями и педагогами.
Ранее в регионе рассматривались два варианта реформирования системы дополнительного образования в сфере культуры. Первый предполагал объединение школ искусств с домами культуры, что, по мнению авторов инициативы, могло бы повлиять на рост заработных плат. Второй — создание единой региональной школы искусств со структурными подразделениями в муниципалитетах для повышения статуса учреждений и систематизации работы. Однако в ходе обсуждения власти пришли к выводу, что подобная централизация нецелесообразна.
«Ключевой фактор — существующая система финансирования. Поскольку средства распределяются отдельно на каждое юридическое лицо, централизация привела бы к потере части федерального финансирования. Поэтому мы решили сохранить школы искусств в их нынешнем виде на муниципальном уровне. Все изменения должны вести к реальному улучшению, а не создавать дополнительные сложности. Мы по-прежнему будем оказывать учреждениям поддержку, необходимую для развития. Многие из наших школ искусств являются именными и обладают заслуженной репутацией, и наша задача — помогать им сохранять и приумножать свои традиции», — рассказал Евраев.
Напомним, ранее планы по объединению учреждений культуры вызвали широкий резонанс. Некоторые жители записали видеообращение к президенту России Владимиру Путину, после чего к ситуации подключились Общественная палата РФ и глава Следственного комитета Александр Бастрыкин, поручивший провести проверку.
Фото: пресс-служба правительства Ярославской области
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».
